?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Долгие годы мы называли его Мальчиком с барабаном, хотя, конечно, знали, что это - мой дед, только совсем маленький (1872 год как-никак), и что зовут его Володей. Под этим названием он и переехал два года назад на новое место жительства - в Третьяковскую галерею. И вот, наконец, он получил там постоянную прописку и мне вручили копию дарственной (которую довольно долго искали, а когда нашли, то сказали, что я могу гордиться - моя дарственная оказалась рядом с дарственной Великой княжны...), а вместе с ней и копии инвентарных листов переданных картин..Тут-то и оказалось, что на картине изображен "мальчик, сидящий на кровати, в трехчетвертном повороте вправо, лицо повернуто в фас. Голубые глаза подняты кверху... Мальчик одет в светлую распашонку, отороченную тесьмой. Распашонка спадает с левого плеча...Кисть левой руки мальчика обнимает лежащий боком тамбурин, украшенный орнаментом и двуглавым орлом...".Вот так.


Ты видел прошлое, Мальчик с тамбурином, пережил и своего создателя, и самого себя.
Тебе предстоит увидеть будущее и пережить нас, своих внуков и правнуков.
Живи долго-долго...


А потом я оказалась в Румянцевском музее. Точнее, в Доме Пашкова, где теперь находится Фонд рукописей РГБ. Именно на том этаже, где когда-то в экспозиции были работы прадеда, хранится теперь в архиве одного забытого ныне поэта, переводчика и литературоведа переписка моей прабабушки с ее близкой подругой начала 20-го века. Как ее письма оказались в РГБ,впрочем, не только письма, но и списки ее книг, перечень грампластинок (да-да, они уже тогда были!)и ряд других бумаг - это отдельная история...Я нашла эти письма в архиве два года назад. И мне никак не удавалось их посмотреть - их не выдавали на руки из-за плохого состояния, они сильно обгорели при пожаре в доме того самого забытого поэта...А потом фонд рукописей закрылся - они переезжали в Дом Пашкова.По дороге во вновь открытый фонд я представляла себе, как получив в который раз отказ в выдаче писем (а их около ста!), я пойду к начальнику фонда и буду ему рассказывать длинную историю этих писем, буду убеждать его в необходимости разрешить взглянуть на эти письма хотя бы один раз или в крайнем случае буду просить, чтобы они сделали их копии...А если все равно ничего не выйдет, то я уже представила, как буду снова звонить в Третьяковку с просьбой написать ходатайство в РГБ...Но ничего этого не понадобилось. Мне просто принесли эти письма. Они целы и невредимы. Лишь немного обгорели края некоторых листочков...И я оказалась там, в самом начале 20-го века. Я побывала в Москве, в Брест-Литовске, в Варшаве и даже в Ялте. Я узнала, как переживала прабабушка, что дети редко навещают ее. Узнала, как она была обижена на то, что дочь Анна, жившая с мужем в Петербурге, не назвала своего новорожденного сына именем умершего незадолго до этого деда, несмотря на то, что он родился накануне дедовых именин...Что сын Вася "не удался" - и образованием не вышел, да и писем складно писать не научился...Что другая дочь Женя родила второго ребенка, несмотря на большие проблемы со здоровьем...Что в Петербурге была эпидемия холеры...Что в Москве по вечерам лучше по улицам не гулять... Впрочем, об этом когда-нибудь потом. Вот так замкнулся некий круг. Почему и зачем - вряд ли возможно понять. Там, где когда-то висели завещанные художником Румянцевскому музею картины, спустя сто с лишним лет его правнучка читает хранящиеся теперь в тех залах письма, стихи и записи его жены Екатерины или, как ее называли в молодости, Кетти...

Comments

( 1 комментарий — Оставить комментарий )
jarrkko
26 ноя, 2009 19:56 (UTC)
здорово :)
( 1 комментарий — Оставить комментарий )