?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Молитва и танец

Оригинал взят у pretre_philippeв Молитва и танец
Я уже приводил как-то раз один отрывок из последних бесед митр. Антония Сурожского в изданной на английском книге On the Light That Shineth in the Darkness. Теперь эта книга благополучно переведена на русский и совсем недавно выпущена издательством «Никея» под названием "Уверенность в вещах невидимых". Помещу здесь еще один отрывок, весьма трогательный, на мой взгляд (беседа 21 февраля 2002 г.):

«В одном из отрывков писаний великого подвижника, святого Исаака Сирина говорится, что вечное занятие ангелов – это танец. Вы знаете, что такое танец. Как он может быть вечным занятием? Святой Исаак Сирин в другом месте поясняет, что танец укоренен в глубочайшем молчании, которое можно выразить только молчанием, но еще его можно передать жестом, гармонией, красотой движений, не нарушаемых звуками, мыслями, словами. Я это вспомнил, когда встретил лет сорок назад одного греческого богослова. Он работал во Всемирном Совете Церквей и, по возвращении из первой поездки в Россию, мне сказал: «Теперь я знаю, что такое молитва». Я удивился, потому что он преподавал богословие, был человеком крепкой веры, человеком, которого я уважал за его цельность. Я его спросил: «Где вы об этом узнали: в одной из церквей, в одном из монастырей? Или вы встретили кого-то, кто являл собой веру и молитву?» Он сказал: «Нет, я понял, что такое молитва, когда пошел на балет и увидел, как танцевала одна балерина. Она несла в себе абсолютное молчание, и это молчание выражалось в совершенном жесте и движении».


Это современная иллюстрация того, что было сказано в VII веке. Даже в танце мы можем искать откровение истины. Разумеется, танец, как и музыка, как мысль, как пение, как речь, может отвлекать, становиться для нас преградой, но, оказывается, есть такая глубина молчания, которую возможно выразить только в гармонии жеста».

A недавно я был в культурном центре на Покровке на презентации очередной книги прот. Алексея Уминского, с кем и познакомился заодно (кстати, репортаж был на Правмире, но сейчас никак не могу его найти, кто подскажет?). И о. Алексей как раз показал слайды, отснятые во время его поездки в Кению, по линии «Православной энциклопедии». А там, как и во многих других патриархальных культурах, танец вообще занимает исключительно важное место. И ни одна православная литургия у масаев, например, без танцев не обходится! Греческий архиепископ Александрийского Патриархата, когда приезжает служить в какой-нибудь из приходов, сам участвует в этих танцах.

И вот возникает следующий вопрос. Когда приходилось раньше что-нибудь читать о молитве из разных благочестивых рассуждений, то приводились довольно убедительные аргументы, что в молитве призвана участвовать не только душа, не только ум человеческий, но и тело. Разумеется, человек сложносоставное существо, и положение его тела, его общее состояние влияет на душу. Поэтому в Великий пост, например, мы кладем земные поклоны. Но в таком случае, почему покаяние наше мы выражаем в соответствующих жестах, а благодарение или радость - нет?.. Нелогично получается. Выходит дело, в культурах разных племен, как будто менее цивилизованных, этот момент выражен и прочувствован куда более глубоко.


Полная версия слов Антония Сурожского:

"Мы знаем из писаний святых отцов имена ряда ангелов. Каждое из этих имен говорит о том, каким он знает Бога: Денница - это ангел, который видел Бога как Свет совершенный. Михаил после разрыва с Богом целой группы ангелов встал на защиту райских дверей, его имя значит “Никто как Бог”. Имя Рафаил значит “Бог исцеляет”. Каждый из них был пронизан Божественным присутствием, светом, благодатью, энергиями Божественными, и имя каждого говорит о том, чем он стал в своих глубинах. Это не значит, что ничего другого в нем не было: было познание Бога, познание человека, была его роль в истории человечества. Есть удивительное место о том, что не только словом, не только как бы действиями своими, исполняя Божии поручения на земле, среди людей или во вселенной, познается и предается нечто о Божественной тайне. Святой Исаак Сирин (как неожиданно, что именно он!) говорит, что вечное занятие ангелов на небе - это танец. И если задуматься над этим, то, может быть, можно понять, что он хотел сказать. Танец - это совершенное, полное, созерцательное молчание, и этот опыт приобщенности к Богу на глубинах молчания выражается в движении, в полной гармонии, в совершенной красоте. Я большего не умею сказать об этом, но изумительно, что такой пустынник, как Исаак Сирин, так воспринимал ангельское естество."